jlm_taurus (jlm_taurus) wrote,
jlm_taurus
jlm_taurus

Categories:

Хукиев Гунки, инженер-строитель: "Великий Советский прораб" ч2

Однажды, будучи мастером на стройке, начальник участка поручил мне выдать, как положено в начале месяце, наряд-задание рабочим бетонщикам. Я решил делать фотографию рабочего дня на одного человека, на бетонщика. Так назывался хронометраж времени и объём работ выполненный бригадой в течение 8 часов 15 минут. От вчера ещё поданной заявки на бетонный завод, с расписанием поставки по временам, бетон прибыл с опозданием на пол часа. Бетон возили на машинах с открытыми бортовыми металлическими кузовами. Самосвал МАЗ берёт три куба и, пока, по дорожным ухабам машина доходит до точки приёма, смесь бетона в кузове, как пирог слагается на комплектующий инертный материал.

Тяжёлый щебень оседает на дно, за ней песок, а главный вяжущий компонент - цементное молоко (цемент с водой) выплескивается за борт, уходит по разным щелям кузова, который никогда плотно не закрывается. Рабочий мой, целый час возился в кузове самосвала, который стоял на дыбу, действуя, то ломом, то штыковой лопатой, пытаясь спустит в бадьи, утрамбованный по дороге щебень с песком. С него уже катиться пот в три ручья! Эта работа входит в круг его обязанностей, как сдельщика (сдельная оплата труда). В результате вместо необходимого бетона марки 300, рабочий укладывает бетон - марки 200!

Хорошо, и то с натяжкой, если конструкция фундамент, а если будущая конструкция должна работать на изгиб, в виде балки, ригеля! Железобетон, без соответствующей марки бетона, простые металлические прутья. Не потому ли при взрыве бытового газа, наши сооружения складываются как карточные домики? В общем, скрестив руки на груди, невозмутимым видом отстоял я рядом, до конца его изнурительного труда. После чего, "озарил" рабочего: его заработок в течение прошедшего часа составляет...6 копеек! Он ушам своим не верит. Пришлось показать ЕНиР, где чёрным по белому написано, за приём одного куба бетона, бетонщик получает 2 копейки, а на МАЗ-е, как мы знаем три куба.

Вот и получается: за один ч/ день (человека/ день, слово "человек" в табелях пишется одной буквой "ч", хватить с него), а это 8 часов 15 минут, рабочий бетонщик получает 50 копеек. И то, если бетонный завод выполнит всю заявку, а то бывало, сидит мой бетонщик пол дня в ожидании. Правда, за этот полтинник он может пообедать в столовой общепита. А как быть с ужином, а с завтраком то как? Давайте сравним заработок Советских строителей, с заработком Советских работников культуры. Узнаю недавно, в те же 1970-ы годы, за 1 ч/день, артисты уровня Олега Стриженова, получали 500 рублей. Носили ещё приставки к своим именам - "Знаменитый", а в наши дни, ещё при жизни они становятся "Великими".

Боже же ты мой!!! За 1 ч/день 500 рублей!! Итого в месяц, за минусом 8 дней выходных, получается...? Получается...? Где мой старый "Феликс", механическая счётная машина, чтобы подсчитать эти сумасшедшие деньги? А нам говорили: каждый получает по труду и по своим потребностям! Трудились мы, конечно, не меньше того же Стриженова. А ответственность у прораба, во сто крат выше чем у артиста, но дневная выручка прораба 8 р., против его 500 р. Выходить, значение артиста в десятки раз больше чем у зодчего. Да, вы правы, не все артисты так получали, но и не один прораб в СССР не имел заработок даже в 300 р... в месяц! Кроме тех, которые работали в Заполярье. (Автору пришлось бывать в городе Норильск в 1977 году. На практике.)

Но, чтобы хотя сносно удовлетворить наши с рабочим потребности, Советскому прорабу приходилось импровизировать, принимая на себя все роли. Свои, чужие, на ходу, без суфлёра и режиссёра. ОН один на один, с целой системой Государственной власти, которая в одно ухо ему шепчет: "шаг в лево, шаг в право от ЕНиР-а, уголовно наказуемо". А в другое ухо, "если хочешь работать, давай план!" Даже производственные совещания назывались не иначе, как "планёрками", где призывали прораба: "А, вопросы? потом, потом, Ванюша, ты того иди... и давай план! Ты понял?"

И морально уставший прораб шёл "давать", ведь работают лицом к лицу, рука об руку - два человека: прораб и рабочий -строитель. Остальных нет, их и на горизонте не видать, а на стройке пыльно, грязно, с её невежественным контингентом и не менее грубияном прорабом. Они придут, непременно заявятся, но после подписей Акта сдачи объекта Госкомиссии, с проверкой нормативно-финансовой деятельности прораба, за прошедший отчётный период времени. Заранее уже сложив про себя предвзятые отношения к ревизуемому прорабу:"уж я его выведу на чистую воду".
* * *
Тут я хотел бы остановиться на объектах, где трудились заключённые. Все эти деятели от стройки, побаивались на сотни метров приближаться к зоне, когда внутри работала дешёвая Советская рабсила,-- зэки. Хотя, я мог любого провести официально, как технадзора- куратора. Но уже сама обстановка при входе, через контрольно-пропускные решётки, были неприятны новичку.

До того, пока та или иная конструкция не заполнена бетоном, технадхор обязан контролировать за ходом строительства, освидетельствовать в актах скрытых работ, что внутри опалубки уложен арматурный каркас, согласно проекта. Только после наличия такой бумажки, прораб имеет права заполнит бетоном любую конструкцию. Акты скрытых работ, важные документы на стройке, иные прорабы хранили их у себя дома. Такие технадзоры предпочитали экскурс в воскресный день, когда на объект людей не выводили. Или после съёма. Съём -это, когда зэков увозят в жилую зону. Но и тогда сама обстановка внутри зоны, вышки по углам, колючка кругом, с предупреждающими трафаретками "Стой! Запретная зона!", убогость бытовок, давила на их психику. Крылатая пословица Советского периода: "-От сумы, от тюрьмы, не зарекайся",- касалась и пугала всех сословий.

Жить на воле нормальной жизнью и работать с зэками строгого режима, у которых за плечами несколько ходок на зону, с которыми уже родные перестали общаться, могли не все Советские прорабы. Слабых, такая жизнь ломала. Здесь у людей закон "правильного" воровского сообщества, живущие по понятиям. Для них ты чуть выше охранной собаки. Я даже не знаю, как это у меня получалось, наверное, приспособился ходит на зоне в зэковской шкуре, снимая её при выходе за колючую проволоку, как рабочую спецовку. Да и национальная принадлежность имела не малую роль. На зоне, о правильных чеченцах ходили легенды. Хотя, в жилой зоне ИТК были мои земляки, но ко мне на стройку "кум" (начальник режима) их не выводил. Тоже работал по понятиям.

Если станешь проявлять жалость к зэку, а у них у всех поломанные судьбы, в той среде тебе не работать. Они не оценят вашу жалость. А изображать из себя крутого (того же чеченца), не думая о последствиях, тоже не канает. Здесь "на стройке несчастные случаи бывают" и с прорабами. Тут главное: завоевать доверие, работать по понятиям их бугра (бригадира), не сдавая свои позиции. Рабочий день, мы с бригадирами, начинали с обхода стройки. Задание на день они получали письменно, записывая своим корявым почерком. Вечером, перед съёмом, опять обход, проверка выполнения. Неисполнение, грозило им ничем иным, кроме смены руководства бригадой. А этим они очень дорожили. Здесь, если я не желаю сменить бугра, то надо было наказывать его тем же зоновским "дипломатическим " языком, но не переходя барьера.

Прорабу надо было освоит две жизни, взаимоисключающие друг друга. Иначе будешь, как пастух, который потерял стадо, ходит из угла в угол, а твои подопечные растворяться по закоулкам и будут чифирять (одна пачка чая на кружку воды). И сам ты получишь кличку "Пастух", а не прораб!

У зэка на зоне одна проблема, один стимул, чтобы день прошёл без напряги, а "хозяин" (начальник тюрьмы) накормить три раза в день. Обязан. Но мечта любого зэка - это выйти на УДО! Условно -досрочное освобождение. Для этого в руках суда должны быть веские основания. Это производственная характеристика от хозоргана, то есть от меня, где я утверждаю: гражданин, такой сякой, план выполняет на 104%, в коллективе пользуется уважением и даже участвовал в худсамодеятельности т. д. Это главный козырь в руках прораба.

А если к этим бумагам приложить "Похвальный лист"- считай, УДО в кармане. Это уже козырный туз в твоих руках! По незнанию я вручил однажды "Почётную грамоту", за что получил от тюремного начальника нагоняй. Какой, мол, зэку "Почёт"!
Если в суде, гражданин прокурор, пытается засадить своего подопечного как можно на длительный срок, но уже в зоне, он следил за его правами, условиями жизни и зоновские вертухаи, побаивались, как бы зэк не накатал на них маляву (жалобу) прокурору. Надо отдать должное Советским прокурорам, они выполняли свои функции добросовестно. И часто, по поводу и без можно было услышать от зэка: "Смотрите у меня, а то дяде прокурору пожалуюсь!"

Так и строили Советские прорабы, на голом энтузиазме, от Калининграда до Владивостока, от Норильска до Кушки! Никто не зарекался от сумы, а тем более тюрьмы, понимали, что являются потенциальными зэками, при развитом социализме. Когда в руках твоих миллионы, а получаешь мизерную плату, уж очень заманчива этот путь скатывания по кривой. Авось, меня пронесёт! Вся страна была напичкана подобными "комсомольскими- молодёжными" стройками, даже первая в мире атомная опреснительная установка в городе Шевченко построена руками зэков. Что значить, солённое Каспийское море превратить в питьевую.

Что делать? а кому -то надо жить и на безводной пустыне! Тем более здесь добывали урановую руду и работал урановый обогатительный комбинат. А нам лапшу вешали, что комбинат выпускает азотные удобрения для сельского хозяйства и рядом функционировали цеха... для изготовления сеялок и веялок. Это в пустыне, где не сеют и не пашут.

Только непонятно было, почему длинной цепью в комбинат заезжают ж/д платформы, загруженные чёрной рудой и комбинат окутывался в серо-буро-малиновый дым. Областью из Москвы курировал министр среднего машиностроения, трижды Герой Соцтруда Сальский. Все эти названия, вплоть до среднего машиностроения, давались для конспирации, чтобы недремлющий враг не догадался, что мы производим на самом деле. Но, что отрадно зарплата, уровень снабжения и торговля у нас было намного лучше чем в других регионах Союза. А как же, ведь люди давали сырьё для мирного и немирного атома.
* * *
А пока? А пока, Советскому прорабу надо быть фантазёром, что вашему Жюль Верну Габриэловичу и не снилось. Как же прораб ухитрялся работать при таких низких расценках? Возьмём, например, 22 сборник ЕНиР-а "сварочные работы". Дайте стакан воды! нет, лучше молока, за вредность такой работы, что приходиться описывать жизнь Советского прораба!

Сварщик- это один из главных рабочих спецов советской промышленности и градостроения. Чтобы натянут сварщика в день на червонец, а это 220 рублей за 22 ч/дней месяца, прорабу надо писать за восемь часов сотни метров сварочного шва. В конце месяца они слагаются в километры, а это бросается в глаза. Вдумайтесь, 45 копеек на 10 м шва!! Единица измерений- в десять метров! Лучше всего применит к нему коэффициент. Но в нормальных условиях работы, прораб не имеет права применять коэффициент на нормы расценки труда. Для этого должны быть веские основания и акт освидетельствования, с не менее тремя свидетелями. Где прораб, согласно акта, на высоте свыше 10 метров, суёт сварщика в какую то щель сверху пузой, и в такой позе заставляет накладывать, труднейший двойной потолочный шов.

Это называется работать в стеснённых условиях, чтобы применить к расценке повышенный коэффициент. Если сварщик шлёпнется вниз с высоты 9 метров, как считают нормировщики, для сварщика это неопасно, хотя это уже четвёртый этаж. А вот ёкнеться с 10 метров и выше это уже смерти подобно. И вот, сам того не ведая, несчастный прораб применял для сварщика коэффициент, как для работ Атомной электростанций седьмого поколения.

Или возьмём того же плотника, чтобы применит к его работам подобный коэффициент, прораб заставляет его поперечной перепилкой пилить доски, ручной ножовкой, поднявшись на пятый этаж! Хотя, он ещё готовить опалубку для фундамента будущего пятиэтажного здания, потом спуститься вниз и закрепить. Ибо перепиливание пиломатериала на высоте свыше 10 метров, дороже, чем то же самое внизу.

Как сутки для студента перед экзаменом, для Советского прораба, при закрытии нарядов, всегда не хватала какой - нибудь денежной суммы и он обращался к матушке земле. Заставлял (опять по бумагам) своих рабочих спецов копать в ручную, тяжелейший каменистый грунт четвёртой категории, которым, как шутили прорабы, обделил Всевышний своих неверующих подданных всего Советского Союза. У четвёртой категории коэффициент большой. И Слава АЛЛАХУ!

Дамоклов меч всюду висел над Советским прорабом и не было ни одной советской тюремной зоны, ни одного отряда, а в зоне несколько отрядов, чтобы там не отбывал срок бывший прораб со стандартными обвинениями: приписки, очковтирательство, кража соцсобственности. Ущерб, нанесённый государству 1000 рублей и более, считалось хищением в особо крупных размерах! С такими обвинениями прораб мог загреметь на срок от восьми до 15 лет.

Как говорил выше, несколько объектов нашего строительного управления строили зэки, это целый будущий городской микрорайон или промышленное предприятие. Голое поле, грядущей стройплощадки огораживали четырьмя заборами в следующем порядке: - запретка, из колючей проволоки высотой 1,5; - через 3,5 метра, глухой забор высотой 2 метра; - 4 м песчаная, грабленая контрольная полоса, как на Госгранице; - глухой забор из досок трёх метровой высотой; - через 2,5 метра устанавливали опять глухой забор высотой два метра. Общая ширина всех заборов в сумме получалось 10 метров. Между крайними двумя глухими заборами, прокладывали асфальтовую тропинку для прохождения караула, менялись часовые на вышках и ходили по периметру кинологи со злющими овчарками, которые кидались на всё чёрное, как испанские быки на красный кумач.

Прошло уже около 30 лет, но разбудите меня в три часа ночи и я, как таблицу умножения, расскажу вам все мыслимые и немыслимые параметры Советской охранной зоны, тюрьмы строгого режима. Почему? Потому что без соблюдения тех норм и подписей в актах, на объект не выводили заключённых, соответственно несли убытки. Горел план! Потому делали всё на совесть, если здесь уместно так выразиться. Забор после убирали, а расходы на его монтаж и демонтаж с лихвой окупала дешёвая Советская рабсила. Правда, это делали вольные работники или условно осужденные и редко кто опускался до этого из числа условно освобождённые. По понятиям!

И вот однажды, в моей практике был случай, когда мой первый начальник участка оказался на объекте -зоны, возглавляемого уже мною строительного управления, в качестве- зэка. Да, да, тот самый о ком я говорил в 1 -ой части , и, который интересовался при знакомстве: пью ли я водку или нет.

Правда к тому времени, когда несчастный Сергей Иванович Редькин (так его звали) попался, мы работали в разных организациях, и, естественно я устроил ему сносную жизнь, которая возможно в его положении, когда его со всеми привозили на объект в специально оборудованных фурах-зэковозах. Гримасы судьбы Советских зодчих. Да, коммунисты бюро треста, при всём моём желании быть в передовых рядах строителя коммунизма, так и не приняли меня в свои ряды, хотя присутствовал на всех партсобраниях, как руководитель предприятия. На то были две причины: первый, не местный нацкадр, второй, слишком много себе позволял. Во время угара перестройки, из партии стали убегать просто так, чтобы не платить большие взносы. Тогда я был ошарашен, когда секретарь бюро парткома показал пухлую папку доносов на меня от лиц... кому я сделал добро. Класс???

В первую очередь в конце месяца у него идут: процентовки (акты выполненных работ), после наряды, акты всякие скрытых работ, день аванса, получки и т. д. Все неразрешимые вопросы, прораб мог решить через ресторан, мелкие - через пузырь, более крупные - советскими тугриками. Губила фраера только жадность. Делиться надо, Бог делился и нам велел.
Бог - своё, а чёрт-своё, так и в жизни Советского прораба.

Советский прораб был обставлен вино -водочным изделием, как гармонист на свадьбе и всем хотелось выпить именно с прорабом
Фашистские пытки в застенках гестапо, это цветочки по сравнению с жизнью в начале трудовой деятельностью у прораба, чтобы не скатываться по наклонной, как к конченному алкашу. Говорю с болью в душе, сколько их было простодушных ребят на просторах Союза, спецов строительства, беспредельно влюблённых в свою профессию, по старинному зодчие, с обвисшими веками глаз, с трясущими руками, которые не выдержали подобные пытки первой пятилетки своей трудовой деятельности.
Строительство не театр, чтобы врага душить в объятиях, здесь сваливают водкой.

Но у цельного прораба, как у партии, была своя «программа минимум и максимум». Где квартира, мебель- стенка, пару десятков книг, сервиз чайный на шесть персон, цветной телевизор и журнальный столик, да два кресла- входили в «программу минимум», а дачный домик на шести сотках, и машина Жигули, любой марки –эту «программу максимум» он мог осуществить до пенсии.

В порыве откровения перед друзьями, Советский прораб мог показать и Сберкнижку, исписанную на нескольких листах, где больше записей "Снято" чем "Получено" и в итоге, у него оставалось пару сотен рублей. Но вторую Сберкнижку, оформленную на жену и в другой Сберкассе, он хранил, как зеницу ока, у жены в её сокровенной белье.
Однако... всё, что возведено за годы советской власти, сделано на нервах одного человека – прораба. ПРОРАБ- это человек, который воплощал в жизнь все мысли проектировщиков и архитекторов, он первым забивал колышек под будущее здание, сооружение. С этого колышка и до конца строительства жил жизнью своего детища. Отныне прораб не принадлежал ни семье, ни даже сам себе, в ходе строительства первым приходил и последним уходил.

В это время прораб отходит даже от семейных проблем. После того, как жена по несколько раз спрашивает у такого супруга одно и то же, ибо он ничего не слышит, она машет на него рукой и занимается вопросами семьи как одинокая, несчастная женщина. У настоящего Советского прораба дома дверь висит на одной петле и бедная супруга просит у бригадира делать то или другое для неё, но так чтобы об этом не знал муж-прораб.
Он ложится и просыпается с мыслью о стройке, а во сне делает расстановку людей. В ущерб своему детищу, в которое он вложил душу, настоящий прораб не сделает ни одного поступка, даже ради личного обогащения! В порыве вдохновения он работает не за страх, а за совесть! Прораб подобен дирижёру симфонического оркестра, раскрыв как партитуру проект, руководит строительством, а музыка его воплощается в камне и бетоне.

В 1980-е годы строил я морской порт, нефтеналивной терминал в Каспийском море со стороны Казахской ССР. В последний год я не успевал даже окунуться в море. И только осенью, во время сдачи, стало стыдно перед совестью, раза три обмакнулся и вышел из моря. Прораб- это уникальная должность в мире, в процессе строительства промышленного объекта он обязан освоить будущую технологию производства от туалета и чугунолитейных заводов, до современных атомных станций. А после завершения стройки, запросто может стать гл. технологом завода или главным врачом родильного дома. Тоже ведь… производство.

Строя однажды канализационные очистные сооружения города на 170 тыс. жителей, мне часто приходилось рассказывать, как от унитаза…, это самое, пройдя через коллектор, КНС, КОС и в конце процесса «оно» превращалось в чистую, хлорированную воду. Рядом корпели газоперерабатывающий и пластмассовый заводы, но людей занимало не столько, что из газа можно получить пластмасс, как из «него», в ходе сложной технологической обработки, выходила прозрачная вода и ещё побочный продукт в виде натуральных удобрений. Вода уходила в подземный пласт, вместо выкачанной нефти, чтобы через столетия потомки наши получали чёрное золото, фантазировал я перед слушателями. Это позволяло нам гордиться, как далеко шагнула советская наука и техника, что во всём у нас производство безотходное. "-Ой бай,- удивлялись казахи -какой умный объект!"

В ненормированный рабочий день "непьющего" прораба, входил и тот промежуток времени, когда он, разложив на столе газету «Правда», заставленную достопримечательностями вечернего буфета, до появления в ночном небе Млечного пути, вёл с коллегами политбеседу. Это было «святое дело», если за целый день хождения "в кандалах" и не заработает на подобный стол, он не имел право носить такое звание как- ПРОРАБ.

А дружной, многонациональной бригаде рабочих в течение месяца не в ущерб производству, доставалась возможность собирать десятки мешков посуды и по их просьбе выделяли транспорт на «операцию хрусталь», то есть на сдачу стеклотары. На вырученные деньги бригада могла отдохнуть от трудов праведных, не ущемляя семейный бюджет. Прораб был до высшего уровня политизированным научным работником советского производства. Мне кажется, анекдоты нашего времени выходили именно отсюда, из советской прорабской. Там воздух был пропитан политической свободой и прораб не был больным идеями коммунизма. Все вторые секретари курировали строительство в своей епархии, им в раз неделю приходилось вести совещания, всё той же прорабской и даже они, забывшись иногда, позволял вольности насчёт святая святых.

Недаром могильщиком КПСС является выходцем из кузни советской прорабки, ставший первым секретарём обкома Свердловской области - Ельцин. (Уж лучше бы он остался прорабом). Получить ежегодный, заслуженный отпуск для прораба была такая же фантастическая мечта, как для чеченца слетать в космос. Приходилось за три года отгулять один отпуск, а остальные выплачивали компенсацией. А зачем тогда работать, не лучше сменить профессию? Но ты же окончил строительный институт. Родина тебе стипендию платила, и по приказу Минпроса СССР отправили на 3 года, как на условное осуждение. Сбежишь, объявляли розыск по Союзу и возвращали. Но получал ты от Родины и пряники в виде: подъёмных денег, квартиру без очереди и некоторые льготы, как молодой советский специалист. Вот так, Советская власть затягивала в свою производственную рутину прораба, где он так и оставался на всю жизнь.

О жизни и деятельности современного прораба всё ещё рано говорить, как нельзя писать историю пока есть, что проверять. Прораба, в том советском, классическом варианте, уже нет. Отсутствует в нём дух авантюризма, чтобы обмануть всю Гос. Систему ради спортивного интереса, вместо него появилась жалкая мелкобуржуазная личность, готовая «душу дьяволу продать» за "бабки", иначе сожрут.
Нынче прораб похож на Щелкунчика из балета Ильича Чайковского, но вместо крыс и «вальса цветов» окружают его почему –то саблезубые акулы, под музыку «танец с саблями» другого Ильича… Хачатуряна.

Не поставили памятника Советскому прорабу и никто об этом не думает. Жаль! Не кручинься, коллега, у тебя была самая святая миссия на земле, ведь «не всем дано на свете так щедро жить, друзьям на память города дарить!», а тебе это было дано. Ты навечно останешься в анналах Советской истории, как продукт системы. Народ до сих пор пользуется плодами только твоего труда, за 24 года не пущен в эксплуатацию ни один объект госзначения, кроме офисов и причудливых частных замков. (Да и то, кроме Сочи).

Заканчивая короткую экскурсию по местам былой славы Советского прораба, хочу сказать, если даже в одной прорабке, за стаканом чая, прочтут мой опус и скажут обо мне всего два слова: «Свой в доску!», буду считать это рукотворный памятник всем прорабам.

Я не претендую на роль святого шейха, но все-таки у меня есть его задатки, ибо пройдя через мораль Советского прораба, остался верующим человеком и никогда не скрывал это. А то, что приходилось врать иногда, так это изжитки производства, ведь в жизни «…и кадия дочка бывает порою грешна!».
* * *
В прошлом Советский прораб, ныне Заслуженный строитель ЧР, в отставке, а по совместительству «свободный художник, холодный философ"-- Гунки Хукиев.
Источник : https://www.proza.ru/2015/06/10/2037
Tags: 70-е, 80-е, жизненные практики СССР, инженеры; СССР, мемуары; СССР, строительство, экономика СССР
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments