jlm_taurus (jlm_taurus) wrote,
jlm_taurus
jlm_taurus

Categories:

Игорь Яковлевич БИРМАН, Инфляция в СССР, 1983

"Я — экономист. Четверть века занимался советской экономикой в Москве и пытался /не очень успешно/ ее улучшить. С 1974 года занимаюсь ею же в Америке, пытаясь объяснить прежде всего самому себе, что на самом деле происходит.

... Все мое исследование целиком основано на советской литературе, в частности, почти все цифры взяты из официального статистического справочника*. Подчеркиваю это потому, что, если советским пропагандистам или бывшим моим коллегам вздумается со мной спорить, то им придется опровергать собственную статистику. С другой стороны, должен сказать, что я не раскрываю здесь какие-то сакраментальные тайны, доверенные мне и вывезенные в ножке табуретки и/или в тайниках собственной памяти .

Инфляция — главная опасность, нависшая над советской экономикой Советское население имеет сейчас громадные денежные накопления. В сберкассах примерно 140 млрд. руб..несколько миллиардов в облигациях трехпроцентного займа. Плюс около 20 млрд. руб. в облигациях"старых"займов. выплаты по которым возобновились в 1974 г. Все это по официальной статистике. По моим собственным оценкам, которые лишь косвенно основаны на официальных данных, население имеет на руках /"в кубышках"/ дополнительно не менее 60 млрд. руб.". Всего таким образом много больше, чем 200 млрд. руб.. но из осторожности примем в дальнейших рассуждениях именно этот показатель.
Много это или мало? Так сразу не скажешь, надо с чем-то сравнить.

Во-первых, с годовым денежным доходом населения — порядка 300 млрд. рублей в 1978 г. Вычтем из этого сумму прямых налогов — 22 млрд. руб., и окажется, что население может почти 9 месяцев не работать, живя за счет накоплений. Во-вторых, с тем, что за весь 1978 г. население купило в государственной и кооперативной торговле товаров на 230 млрд. рублей, значит, накоплений достаточно для почти годового объема всех покупок. И, в-третьих, с тем, что фактические запасы всех потребительских товаров /включая неходовые и даже уцененные/ как в торговле, так и в промышленности составляют 60 млрд. руб., то есть существенно менее трети от всех накоплений. Как видим, деньги тут совсем не маленькие.
Сравним также накопления с численностью населения и попробуем посмотреть, как они распределяются среди различных групп населения.

Общая численность населения — 262 млн. чел., а средняя семья состоит из 3,5 чел. Это значит, что в среднем "на душу" приходится немного больше, чем 750 руб., а на среднюю семью по 2670 руб. Повторяю, в среднем.
Многие думают, что эти средние цифры мало что значат, так как деньги сосредоточены лишь у сравнительно небольшой части населения. В частности, говорят, что основная масса сбережений находится у всякого рода ловчил и преступников, включая партийно-государственных чиновников-взяточников. Это не так. Хотя "тайна вклада охраняется законом", закон же разрешает судебно-следственным органам поинтересоваться вкладами. Люди это знают, поэтому основная часть "нечестных денег" должна быть не в сберкассах, а в кубышках, а в них, повторяю, "только" 60 млрд. руб., причем весьма большая их часть принадлежит сельскому населению /см. ниже/. Правда, есть специальные сберкнижки "на предъявителя", но их сравнительно не так много.
Попробуем грубо оценить, сколько может быть людей с очень большими накоплениями. Допустим, что есть 100 тысяч подпольных миллионеров и еще 200 тысяч "полумиллионеров". Весь наш жизненный опыт говорит, что такого количества столь богатых людей не может быть, но если мы все же примем это завышенное предположение, то окажется, что общий объем их накоплений составляет "только" 20 млрд. рублей, что никак не изменит ни наши выкладки, ни основанные на них выводы.
Простой факт, что общее количество вкладов составляет более 130 млн., то есть по одному вкладу на каждые две души, включая души младенцев, или даже немного меньше, чем 2 вклада на семью, тоже говорит о широком распространении вкладов среди всего населения. Все это отнюдь не элементарно — есть только что упоминавшиеся вклады "на предъявителя". При "срочных" вкладах открывается отдельный счет на каждый взнос, однако при всем том, совершенно очевидно, что вклады должны быть у подавляющего числа семей.

Укажу также на известный житейский факт — часто откладывают люди со сравнительно небольшим доходом, они осторожнее распоряжаются деньгами.
Многие думают, что накопления сосредоточены в основном в деревне, но и это не так. Разумеется, денег теперь в деревне много, особенно после введения во второй половине 60-х годов гарантированной денежной оплаты труда в колхозах. Но, как мы все знаем и как подтверждается некоторыми моими косвенными подсчетами, в деревне в основном находятся как раз деньги "в кубышках", особенно в Средней Азии. Что же касается накоплений в сберкассах, то из общей их суммы в 131 млрд. руб. на конец 1978 г. 96 млрд. руб. были в городах и лишь 35 млрд. руб. были в деревне.

Не утомляя читателя дальше вычислениями и анализом, просто скажу, что при всей неравномерности уровня жизни в "социалистическом" государстве, денежные накопления сейчас распространены среди основной части населения. Можно уверенно сказать, что хотя бы у 20—30 млн. семей накопления должны быть,примерно, до 2,5 тыс. руб. и больше, а у многих миллионов, скажем, по 1,5—2 тыс. руб., хотя очевидно, что должны быть также многие миллионы семей с минимальными накоплениями, а то и совсем без них. Иначе говоря, проблема, рассматриваемая здесь —о судьбе денежных накоплений — относится к основной массе советского населения. Замечу также, что некоторые вообще сомневаются в числах, которые мы рассмотрели, не доверяя ни советской статистике относительно накоплений в сберкассах, ни моим оценкам относительно накоплений в кубышках. Что касается официальных данных, то если бы статистика врала, то скорее в другую сторону — наличие колоссальных накоплений, как мы скоро увидим, создало такие трудности, что властям лучше было бы преуменьшить, а не преувеличить накопления. Да и многие косвенные вычисления в целом вполне подтверждают официальную статистику. Что касается моих оценок, то я их сознательно несколько преуменьшил и, к тому же, во всем нашем анализе основную часть занимают именно накопления в сберкассах.

Как все это произошло, почему у населения скопились такие громадные средства? Прежде всего — как результат безответственной, экономически неграмотной политики. И в решающей степени — как результат противоестественной экономической системы. Здесь не место все это подробно обсуждать и поэтому ограничусь лишь тем, что укажу на постоянный дефицит советского государственного бюджета. По официальным данным расходы бюджета всегда меньше его доходов, бюджет сводится, так сказать, с прибылью, но это элементарная липа /этому, главным образом, и посвящена моя книга, о которой я говорил вначале/. Но будем рассуждать просто, не залезая в финансовые дебри.
Советские правители прекрасно понимают, что героическая борьба диссидентов волнует в основном небольшие круги интеллигенции, что массы озабочены прежде всего и больше всего вполне прозаическими вещами. Да и как же иначе, коли жить столь трудно. Поэтому власти вынуждены создавать хотя бы иллюзию роста жизненного стандарта. А вот это как раз и достигается увеличением денежных или, как говорят экономисты, "номинальных" доходов населения.
Властям приходится также исправлять перекосы в оплате, наиболее вопиющие социальные несправедливости. Приходится хоть понемногу поднимать минимальные размеры пенсий, минимум зарплаты. Пришлось поднять постыдно малую зарплату врачей и учителей, низкую зарплату в торговле и т. д.

Все же главное заключается в том, что единственный способ борьбы с многочисленными и увеличивающимися экономическими трудностями заключается в подъеме производительности труда. Заставить людей работать лучше страхом уже не удается, не те времена. Поэтому приходится экономически стимулировать лучшую работу, то есть больше платить.

И платят. Средняя зарплата рабочих и служащих выросла с 1960 г. в два раза, и резко возросли денежные доходы колхозников, а общая сумма денежных доходов всего населения возросла в 3 раза. Само по себе это просто прекрасно, но рост заработков не сопровождался соответствующим ростом производства товаров и услуг. В какой-то степени это "компенсировалось" ростом цен, но лишь в какой-то степени. В результате образовались и все время раздвигаются "ножницы" между денежными доходами населения и его возможностями эти доходы истратить, то есть тем количеством товаров и услуг, которое реально существует на рынке и может быть куплено. По моим оценкам "просвет ножниц" составлял в 1960 г. 2 млрд. руб., в 1965 г. — 4, в 1970 — 8, а в 1978 г. уже 15 млрд. руб. Иначе говоря, в 1978 г., например, население получило на 15 млрд. руб. больше, чем оно могло реально истратить. Эти деньги были отложены и вместе с накоплениями за предыдущие годы составили те громадные суммы, которые названы выше.

Надо при всем том сказать, что в целом жизненный уровень несколько рос /что было особенно заметно в 60-е годы/, но значительно медленнее номинальных денежных доходов. Чуть выше я сказал, что общая сумма всех доходов населения выросла с 1960 г. в 3 раза. Численность населения выросла за это время на 20 процентов. Можно ли тогда заключить, что жизненный уровень возрос в 2,5 раза? Нет! Во-первых, тут сильно сказался рост цен — не приходится объяснять западному читателю, что это значит. Во-вторых, значительная часть дополнительных доходов пошла в накопления, эти деньги не были истрачены на нужное людям, они не подняли их жизненный уровень.

Но, может быть, такие накопления нормальны? Может быть, люди, удовлетворив первоочередные потребности, получили наконец возможность подумать о будущем, отложить толику на старость, на непредвиденные нужды, на грядущие крупные покупки? Что в этом плохого? Когда я рассказываю об этом западным экономистам, они искренне недоумевают. В любой западной стране накоплений у людей намного больше, и никто на это и не думает жаловаться, скорее наоборот. Попробуем разобраться и в этом.
Накопления населения на Западе и в СССР принципиально различны. Дело не только в том, что в странах Запада откладывают на безработицу, образование детей и болезни, что старость обеспечивается прежде всего собственными накоплениями /во всяком случае, это верно для Америки/. Но и в том, что сбережения делаются преимущественно для инвестиций: чтобы купить собственный дом, открыть дело и т. д. Впрочем, даже когда деньги откладываются, например, на старость, их тоже стараются во что-то вложить, инвестировать. Практически каждый, кто может, вкладывает деньги во что-то, становится капиталистом, живем-то мы, слава Богу, в капиталистических странах.

И все же основное даже не в этом. На Западе просто непонятно, как это человек откладывает, потому что... не может израсходовать деньги, физически не может купить нужное ему. Здесь единственная проблема, хотя и весьма нелегкая — деньги! А там как раз наоборот! Помните, как Остап Бендер измучился, стараясь истратить миллион, но так и не сумел и пытался удрать за границу. В принципе мало что изменилось с тех пор, недаром покупка нужного превратилась в своего рода национальный спорт.
Итак, с одной стороны, в СССР нет инвестиций, с другой — люди часто хотят, да не могут истратить деньги. Поэтому мы можем уверенно утверждать, что основная масса сбережений в СССР вынужденная.

Предвижу возражения. Разве и там не откладывают на старость, на кооперативную квартиру, на автомашину, на каракулевую шубу? Конечно, откладывают, но это не противоречит моему утверждению. Во-первых, общая сумма затрат населения на строительство кооперативов составляет порядка 1,8 млрд. руб. в год, а объем продажи легковых автомашин — 6 млрд. руб. /точные данные не публикуются/. Иначе говоря, сбережения на кооперативы и автомашины должны быть несопоставимо малы по сравнению с их общей суммой. Во-вторых, приведенные только что цифры — это не накопления, а как раз то, что население тратит. Значит, при том, что одни накапливают на эти цели, другие тратят на это же предыдущие накопления. То же самое относится и к пенсиям. Ну, конечно, часть людей откладывает на старость даже в СССР, но другие, выйдя на пенсию, начинают тратить предыдущие сбережения, и таким образом общая сумма всех этих накоплений не должна очень сильно возрастать. В-третьих, далеко не все даже мечтают о покупках каракулевых шуб и автомашин. А. в-четвертых, я и не утверждаю, что все без исключения денежные накопления населения вынужденные, речь идет лишь об их части, хотя и основной. И это не только мое мнение. В ведущем советском экономическом журнале недавно было сказано, что "по мнению ряда экономистов" 75 процентов всех денежных накоплений населения представляют собой "неудовлетворенный спрос"*. Вполне согласен с "некоторыми экономистами".
"Вопросы экономики", 1978, №10, стр. 75.

Что практически означают вот такие сбережения? Казалось бы, ничего плохого. Деньги у населения есть, пить-есть люди не просят, а сгодиться сбережения могут всегда, да и как-то приятнее жить на свете с некоей кругленькой суммой. Все было бы так, если бы накопления эти не были вынужденными, если бы они были сделаны по доброй воле, а не по злой необходимости.
Может быть, и не сами накопления, но их неизбежные экономические последствия приводят к сильному, причем возрастающему недовольству населения и создают к тому же неразрешимые проблемы для властей.
Люди озлобляются прежде всего из-за того, что вынуждены откладывать, не удовлетворив потребности. Наличие накоплений оказывает чудовищное давление на рынок, деформирует его. Вот смотрите, цены на золото, драгоценности, мех систематически растут, и чем больше они растут....тем больше очереди за ними. Понятно почему — чем больше цена, тем большую ценность представляет вещь, с помощью которой пытаются сохранить деньги. Но люди не могут быть этим довольны — ни те, кто хотят употребить эти вещи по прямому назначению и не могут из-за растущих цен, ни те, кому приходится добывать их, чтобы "вложить деньги".

Почему теперь практически невозможно купить мало-мальски приличную книгу? Издают их не меньше, читают не больше. Сказывается, конечно, и мода, но в очень многих случаях и покупки книг стали использовать как форму накопления. И чем дороже будут от этого становиться книги, тем больше их будут покупать. Любители чтения не будут от этого счастливы. Или набивший уже оскомину пример с мясом, которое теперь в Москве становится все труднее достать. Однако несмотря на сильное вздорожание мяса на рынках и фактический рост цен в магазинах /где теперь все продается высшим сортом/, потребность в нем выросла еще сильнее — у людей есть на это деньги, они могут себе его купить.

Разумеется, само по себе это прекрасно, когда люди покупают книги /еще лучше, когда они их читают/ и едят мясо. Но плохо, когда /как мы видим из этих примеров/ резко нарушены соотношения между заработками, деньгами, находящимися в распоряжении населения, и количеством товаров. Плохо не только в прямом экономическом смысле, плохо и тем, что это неизбежно ведет к нарастающему раздражению населения.
Получается порочный круг. Накопления образуются потому, что трудно купить нужное. А с ростом накоплений делать такие покупки становится еще труднее: очереди все длиннее, магазинные полки все пустыннее. Недаром говорят, что очередь — это социалистический путь к прилавку.

Люди недовольны и тем, что из продажи практически полностью исчезли дешевые товары и тем, что их накопления "дешевеют". Действительно, рост цен очевиден всем, а процент на вклады в сберкассы очень низок — 2—3 процента.
Что касается властей, то, конечно, они обеспокоены нарастающим недовольством населения, но далеко не только этим. Как я уже говорил, пытаясь исправить некоторые социальные несправедливости, стимулировать подъем производительности труда, власти резко увеличили денежные доходы населения, но проблемы-то в основном остались, если не стали еще более трудными. Как продолжать выравнивание оплаты труда в разных отраслях и районах? Как привлечь людей в Сибирь, сырьевые и энергетические ресурсы которой приобретают все большую роль? Да и как, в конце концов, поднять сельское хозяйство — недавние события показали, что на импорт зерна особенно рассчитывать не приходится. Для всего этого и для многих других вещей надо опять поднимать зарплату, то есть опять раздвигать наши "ножницы".

И в этом, по-видимому, суть всей проблемы — для решения многих социальных задач, для настоятельно необходимого роста производительности труда совершенно необходимо поднимать денежные доходы населения, но тогда деньги окончательно потеряют ценность. Впрочем, уже и сейчас отношение людей к деньгам сильно изменилось. Не скажешь, что люди вообще потеряли интерес к заработку, такого пока нет. Но они не хотят работать дольше, лучше, добросовестнее, производительнее за большую оплату.

Вот пример, который по-моему интересен и сам по себе и хорошо иллюстрирует то, о чем только что шла речь. К середине 60-х годов стало ясно, что надо как-то круто менять экономическую политику в сельском хозяйстве. Колхозники не хотели работать в колхозах, так как им почти ничего не платили, а платили им мизерно потому, что они не работали. Надо было как-то выходить из этого порочного круга. Заставлять лучше работать не удавалось, уговоры не помогали. Тогда решили /на Пленуме ЦК КПСС в марте 1965 г./ ввести в колхозах гарантированную денежную оплату труда, то есть сначала заплатить, показать, что за хорошую работу колхозники хорошо получают, и тем самым стимулировать их к отличной работе. Так и сделали, для чего дали колхозам большие кредиты. Каковы же результаты?

Вообще говоря, колхозники начали работать получше, сейчас в целом страна производит несколько больше сельскохозяйственных продуктов при заметном сокращении сельского населения. Был также сделан серьезный шаг в разрешении важнейшей социальной проблемы — поднять постыдно низкий уровень жизни в деревне. Однако далеко не все получилось именно так, как рассчитывали, и это имеет самое непосредственное отношение к нашей теме. Дело в том, что для многих колхозников некоторый стабильный денежный доход оказался достаточным. Имея его, кормясь в основном за счет собственного подсобного хозяйства, обзаведясь самогонным аппаратом, купив некоторую одежду, мотоцикл, телевизор и стиральную машину, колхозник не хочет очень сильно гнуть спину для большего заработка, ему более или менее хватает того, что он уже имеет. Еще один результат заключался в том, что колхозники стали меньше работать в личных подсобных хозяйствах. Раньше они делали это для продажи на рынках, такая продажа была по сути единственным источником денег для них. Теперь же, получая деньги в колхозе, многие решили перестать гнуть спину, вставать на заре, чтобы покормить скотину и возиться в навозе. При всем том, если бы у колхозника была возможность лишние деньги истратить целесообразно, купить нечто нужное, нравящееся ему, он бы, может быть, работал больше и лучше. Экономисты используют для характеристики подобных вещей термин "культура потребления". Так или иначе именно недостаток товаров, товарный голод в стране внес решающий вклад в описанную ситуацию в деревне.
Поэтому и в деревне и в городе деньги еще держат людей на работе, но уже мало стимулируют рост производительности. А другого стимула нет.

Могут ли советские власти поправить положение, подняв цены? В общем, да. Собственно цены и так растут и будут расти дальше. Но в частности здесь есть по крайней мере три "но". Первое — цены надо поднять резко, причем на товары массового потребления. Население приняло более или менее спокойно рост цен на кофе, бензин, золото, рестораны, даже водку. Простой человек кофе не пьет, в ресторан не ходит, машины у него нет, а водку он заменил "бормотухой" и самогоном. Но вот когда поднимутся цены на сахар и хлеб, молоко и мясо, метро и курево, эффект будет совсем другой

Второе —легко подсчитать, что "сдвинуть ножницы" можно, подняв все цены в целом на 7—8 процентов. Однако этого недостаточно, накопления при этом только перестанут расти /при прочих равных условиях/, но не уменьшатся. Чтобы только начать уменьшать накопления, надо поднять цены процентов на 15, но и в этом случае пройдет лет 10, пока накопления уменьшатся до примерно 50 млрд. руб. /опять-таки "при прочих равных условиях", которые очень трудно обеспечить/. А пока что накопления будут давить на рынок, отвращать людей от желания работать. Значит, для радикального исправления ситуации цены надо поднять намного более резко.
И третье. Любой подъем цен на эти товары слишком сильно ударит по беднейшим, их положение станет отчаянным. Итак, положение достаточно серьезно, не видно путей исправления ситуации и совершенно очевидно, что единственный выход для властей в том, чтобы забрать у населения их накопления.

Гаданиями о том, каким именно будет очередное советское руководство и какую именно политическую линию оно изберет, печать /понятно, что не советская/ переполнена, и я воздержусь от них. Но две вещи несомненны. Первая — власти должны будут немедленно что-то делать с экономикой, так жить дальше нельзя. Вторая — власти будут всячески пытаться снискать популярность какими-то подачками, причем именно экономического свойства. Не будь таких громадных накоплений, можно было бы ввести мощные системы экономического стимулирования, подняв для этого зарплату, и таким образом несколько улучшить производство. Но это значит еще более "раздвинуть ножницы"! О снижении цен, чтобы ублажить население, тоже не приходится говорить. Получить больше товаров за границей? Внешний долг приблизился к 20 млрд. долларов /не рублей!/ и не видно, как его-то отдать. А тут еще трудности из-за вторжения в Афганистан.

Если бы эта статья предназначалась для советских граждан, я бы посоветовал им немедленно избавиться от всех накоплений во всех их формах и даже стараться жить в долг. Некоторые в СССР надеются, что при предстоящей реформе выгадают /меньше потеряют/ те, кто держит деньги в сберкассе. Почему? А потому что так было во время реформы 1947 г. Это, конечно, иллюзия. Дело в том, что тогда было прямо противоположное соотношение — на руках у населения, включая кубышки, было намного больше денег, чем в сберкассах. Да и сумма всех накоплений в сберкассах была неизмеримо меньше, чем сейчас — порядка 1—2 млрд. руб. в современных деньгах. А сейчас, еще раз напомню, в сберкассах более 140 млрд. руб. Как я уже выше сказал, наиболее вероятно, что как раз сбережения в сберкассах будут заморожены. Такую меру несколько легче обосновать — мы не забираем ваши деньги насовсем, а лишь временно, в конце концов вы их получите назад. Кстати сказать, нечто подобное было сделано во время войны. Так что нечего советским гражданам надеяться на сберкассы, не поможет. Вряд ли также стоит говорить об облигациях трехпроцентного займа, хотя нельзя исключать известную вероятность какого-то фокуса с ними.
Итак, от денег надо избавляться, не стоит их иметь ни дома, ни в сберкассе, ни в облигациях. Куда же их девать? Не берусь отвечать, покупать-то в общем нечего.

"...тяжелая финансовая ситуация в СССР есть следствие серьезных экономических неудач, а, с другой стороны, полное расстройство финансовой системы, громадный государственный долг делают экономическое положение еще хуже. Коренные недостатки советской системы хозяйствования проявляются все более зримо и неминуемо ведут... к катастрофическим последствиям... Известно точное наименование для явления, когда тратишь больше, чем имеешь (зарабатываешь): и на экономическом, и на повседневном языке это именуется банкротством".
Tags: 70-е, жизненные практики СССР, инженеры; СССР, противоречия СССР, экономика СССР
Subscribe

  • «Записки антикварщика» 2

    "..кроме людей со стороны, в моём расположении нуждались и подчинённые. Скажем, заведующая центральным овощным магазином рассчитывала иметь долю…

  • «Записки антикварщика» 1

    "..Я коммунист, член КПСС – Коммунистической Партии Советского Союза... Вступил в партию будучи молодым рабочим в 1970 году, вступил, полностью…

  • Ардашин Виктор Андреевич. Инженер-путеец 2

    Издержки суперплановой экономики Весь период существования СССР действовала плановая система хозяйствования. План стоял во главе всего. Был создан и…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments