Category: компьютеры

Category was added automatically. Read all entries about "компьютеры".

1

Парунов (Шустер) Александр Владимирович. Инженер-энергетик. Начальник Вычислительного центра. ч.4

Через какое-то время, уже будучи директором, Згурский пригласил меня к себе. - Хочу с тобой, Саша, посоветоваться. Видишь ли, я в дальнейшем не смогу уделять тебе столько же внимания. Должность директора вынудит меня заниматься дальнейшим развитием завода, строительством жилья, всего не перечислить. Оставить тебя в подчинении главного инженера нецелесообразно – Никифоров не станет глубоко вникать в твои проблемы. Думаю, самым разумным будет передать тебя в подчинение главного экономиста. Будешь ближе к его деньгам – не будет проблем с приобретением новой техники. А я его на это настрою.

На том и порешили. Главным экономистом у нас был Юрий Максимович Кумков. Его перетянул на наш завод с Вильнюсского радиозавода еще в прошлом году директор М.З.Котляревский. Близко я с ним еще не сталкивался, но слышал о нем неплохие отзывы. Встреча вскоре у нас состоялась. Он оказался интересным мужчиной лет пятидесяти, несколько вальяжным, но, судя по всему, деловым. Договорились, что я буду его постепенно вводить в курс дела по работам, проводимым на ВЦ, а он со своей стороны постарается решать все мои вопросы по обеспечению финансирования для приобретения необходимой техники и материалов

Вскоре я не преминул воспользоваться этим обещанием для того, чтобы преобразовать нашу ЭВМ «Минск-22» в ЭВМ «Минск-32». Для этого понадобилось договориться с Минским з-дом им. Орджоникидзе о поставке нам процессора этой более быстродействующей машины. Остальные устройства нашей машины, а главное, программное обеспечение минские разработчики предусмотрели как совместимые с «Минск-32». Мои электронщики прошли небольшой курс обучения в Минске, и наш ВЦ, можно сказать, поднялся в техническом плане еще на одну ступень.

Через год после расторжения первого брака мне удалось снова стать на заводе на квартирный учёт. Эта моя предусмотрительность сыграла значительную роль в моем будущем благоустройстве. Я уже писал, что в трёхкомнатной квартире по улице Репина, 13, в одной комнате жила моя тетя с мужем и дочерью Наташей (сын Юра уже женился и жил у жены), во второй комнате жила моя мама и я, а третью комнату занимала одинокая старушка, овдовевшая пару лет тому назад. И вот эта старушка умирает, и комната остаётся свободной. Я сразу же сообразил, что у меня появился шанс получить свою жилплощадь рядом с мамой.Collapse )
1

Синклер ZX Spectrum в позднем СССР.

Самым популярным домашним компьютером в позднем СССР был синклер.
Он работал в компьютерных классах, кооперативах, игровых залах. Многие из нынешних программистов
начинали с него.

Разработка

"...Все работы велись в ОКБ Львовского Политехнического института - секретное, режимное предприятие в то время, ныне (1999) называется НИКИ ЭЛВИТ (Научно-Исследовательский Конструкторский Институт Электронно-Вычислительной Измерительной Техники) госуниверситета "Львовская Политехника"

Инициатором перевоплощения фирменного "Спектрума" в отечественный можно считать Эдуарда Андреевича Марченко. Он выступил дизайнером корпуса компьютера и впервые подключил "Спектрум" к телевизору через антенный вход. Тем не менее он не так уж горд своими свершениями.

По словам Марченко, знай он, что со всех предприятий Союза начнут пропадать микросхемы памяти РУ5, растаскиваемые спектрумистами-самоделкиными (причём в таких масштабах, что стало невозможным выполнение некоторых госзаказов), он бы ещё хорошенько подумал, прежде чем способствовать популярности "Спектрума".Первым полностью воспроизвёл "Спектрум" Юрий Дмитриевич Добуш: он изучил и разобрал на доступные в СССР детали фирменную и особо секретную микросхему ULA, в которой фактически и содержался весь компьютер, не считая памяти, процессора и пары мультиплексоров.Также в разработке принимали участие Евгений Евгеньевич Натопта, занимавшийся программной частью компьютера, и Олег Васильевич Старостенко - создатель первой печатной платы "Львова".

Collapse )
1

Самуил Любицкий. Программисты-профессионалы и программирующие инженеры

...еще в 1965 году, в Киеве, замечательным дизайнером Соломоном Погребинским была создана «машина для инженерных расчетов» МИР-1 – одна из самых первых в этом классе. Машина без преувеличений удачнейшая. Я десять лет работал в проектных конторах и могу свидетельствовать: инженеры-расчетчики, которые ни до «миров», ни после них (вплоть до появления на «персоналках» расчетных систем вроде Matlab или Mathcad) не могли самостоятельно решать свои задачи на компьютере без помощи программистов, на «мирах» – решали. Неудивительно, что машину нежно любили в проектно-конструкторских институтах и бюро, впоследствии долгие годы ностальгически о ней вспоминали. Она стала легендой, а уже в новом веке у легенды явственно стал ощущаться конспирологический душок. Но об этом – в следующей главе.

Есть такой очевидный критерий «персональности» компьютера: если им можно оборудовать существующее рабочее место – поставить на стол экран и клавиатуру, разместить системный блок под столом или сбоку, принтер там куда-нибудь на тумбочку... если это удалось и теперь инженер (бухгалтер, банковский служащий, менеджер) может продолжить свою работу на своем же месте уже с помощью компьютера, то да, компьютер – персональный...Collapse )
1

Записки советского программиста. Самуил Любицкий. часть 4

Другая версия – еще (сюр)реалистичней: через знаменитый рыболовецкий колхоз, что на острове Сааремаа. Сведущие люди не удивятся и не спросят, а какое это отношение имели эстонские рыбаки к операционным системам и вообще – к компьютерам. Те же, кто не в курсе, могут погуглить "Datasaab affair" – это будет предыстория. Что до самой истории, то позднее мне довелось познакомиться с этими славными колхозниками, о чем расскажу в свое время. На прямой вопрос об их причастности к "Unix affair" я получил довольно уклончивый ответ. Что, как говориться, наводит на...

Ну ладно, так или иначе ленты в страну попали, а дальше... А дальше сработала та Unix-магия, которая очаровывала всякого, кто начинал знакомиться с системой. И которая за считанные годы принесла сугубо исследовательскому, любопытства ради затеянному, некоммерческому проекту феноменальную популярность по всему свету... Хм... тут, чувствую, необходимо сделать некое предуведомление. До сих пор я рассказывал о делах давно минувших, о компьютерах, сохранившихся разве что в музеях, о программах и языках, если и доживших до наших дней, то доживающих где-то в укромных уголках, вдали от столбовых дорог. Unix же сегодня – это даже не одна конкретная система, а целый континент, целая техническая цивилизация со своей сорокалетней историей, что и по меркам человеческой жизни много, а в масштабе спрессованного времени IT-мира соответствует столетиям, эпохам. Collapse )
1

Записки советского программиста. Самуил Любицкий. часть 3

Слава Богу, не на ноги, а с ужасным грохотом на пол (как я успел отпрыгнуть, ума не приложу). Козлы! Козлы (другого слова нет) что-то делали и отложили на завтра, суки, не удосужившись накинуть крепежные гайки. Трех минут не хватило – на автобус спешили... Так, остались без принтера. Ну что ж, выводим на магнитную ленту – завтра перед сдачей попросим где-нибудь печатануть на бумагу. Работаем... По-прежнему льет, опорожняем тазы, тряпки выкручиваем. Во как, попутно в уборщицы записались... Тут накопившая на фальш-потолке вода вдруг низвергается водопадом прямо на системную консоль – в ней что-то шипит, искрит, она дергается в агонии и замирает. Это уже почти кранты: если машина сбойнет, перезапустить без консоли не сможем.

Мало того, мы лишились последнего, пусть медленного, печатающего устройства и средства ввода – с клавиатуры консоли можно было править и запускать программы, не заморачиваясь с перфокартами. Теперь на них последняя надежда. Перфоратора нет (ну еще чего захотели!), однако ввод и бармалей рабочие. И началось: в четыре руки не фиксаем – режем карты целиком, вводим, типа как «печатаем» на бармалее, читаем эти карты, режем новые... Египетский труд! И все время молим машинку: «ну давай, милая, держись... не сдавайся... ну, еще полчасика» И она держится. Как умирающее животное – уже не видит, не слышит, только, что реагирует на прикосновения. Она от этих тварей, от персонала этого козлиного, ни заботы, ни ласки не видала – довели до руины... Однако, выдержала. Все сделали, закончили, обесточили страдалицу и... стали ждать рассвета, попеременно присаживаясь на единственный стул...Collapse )
1

Записки советского программиста. Самуил Любицкий. часть 2

А с другой стороны... А с другой стороны, чего уж так убиваться? Ну, не выполнили программу ЕС, а программу КПСС выполнили? Как там насчет построения коммунизма к московской Олимпиаде?.. Если забыть об амбиционных программах, не тужиться «догнать и перегнать» Америку, то все выглядит совсем неплохо. На рубеже 70-х слово «программист» звучало... ну не как «космонавт», конечно, но на девушек производило впечатление. Особенно, когда я – юный программист – что-то записывал-зарисовывал на фальцованной АЦПУшной бумаге «с дырочками», небрежно так эту драгоценность отрывая и комкая, «мол, у нас добра такого завались», а потом невзначай, вроде как перепаковывая сумку, вываливал на стол пару магнитных лент и колоду перфокарт в «щечках»...

Вспомните «программистскую сагу» – замечательную книгу Стругацких «Понедельник начинается в субботу». Такой вот романтический флер окутывает занятия редкие – геолог, программист, астрофизик... Если б спустя десять лет решил бы сдуру очаровывать юных дурочек и произнес «я – программист», то... с тем же успехом мог сказать «я – механик». Хотя нет, что я такое говорю, механик на станции техобслуживания «жигулей» – это была очень, очень романтическая фигура, куда там программисту. В общем, за десять лет профессия стала обыденной, ЭВМы жужжали в каждой мало-мальской проектной конторе, НИИ, заводе. В бумагу «с дырочками» отлично заворачивались бутерброды, летом на грядках весело поблескивала магнитная лента (не забыть об этом рассказать), на перфокартах очень удобно было делать записи. Десятки если не сотни тысяч людей по всей стране зарабатывали свой хлеб около компьютеров и как показали дальнейшие события, сумели стать отменными профессионалами, востребованными на Западе. А кое-кто, не забывший свой ЕСовский опыт, вдруг обнаружил себя обладателем ценной и весьма оплачиваемой специализации и по сей день трудится на мэйнфреймах IBM…

Так что, moralité простое. Не стоит щеки надувать, лопаясь от гордости неизвестно за что, но и волосы драть на голове (у кого остались) тоже нет резону: была вот такая эпоха, не особо великая, но и не шибко плохая, кусок нашей жизни, в которой всякого понамешано – хорошего и дурного – и которую вспоминаем... с улыбкой.Collapse )
1

Записки советского программиста. Самуил Любицкий. часть 1

Кратко о содержании выборки: автор 30 лет проработал в СССР с различной вычислительной техникой, начиная со школы. Продолжает работать программистом в Торонто. Кроме многочисленных технических подробностей о различных поколениях ЭВМ, масса деталей о советской жизни.

"летом 1966 года, помню, как раз начались каникулы, я – тогда еще мальчишка – пошел работать... И сразу же отвлекусь в сторону. Живя на Западе, мы привыкли к тому, что подростки работают. В каникулы повсеместно, но и во время занятий – в вечерние часы. Сообразно со своей никакой еще квалификацией: везде, где надо что-то разносить, укладывать, убирать, помогать, стоять за кассой и т.д. Это – норма.

В стране победившего социализма, в государстве рабочих и крестьян, где с утра до вечера воспевались радости труда, родители изо всех сил оберегали своих чад от этой самой радости. Причем, речь не об избалованных отпрысках партийно-советского начальства – такие на нашей задымленной, грохочущей привокзальной окраине и не водились, но о детях простых работяг, что населяли облупленные панельные пятиэтажки. Считалось нормой, когда до окончания школы, а фактически – до армии, здоровенные великовозрастные балбесы шлялись по улицам, изнывая от безделья.Collapse )