Category: театр

Category was added automatically. Read all entries about "театр".

1

И немного о культуре. Радзинский Эдвард Станиславович. Драматург

"...Я, с гордостью могу сказать, закончил Московский историко‑архивный институт с отличием, но… Но я не хотел стать историком. Дело в том, что страна наша особенная. В ней за жизнь одного человека, какие‑то там 70 с лишком лет, три раза менялись цивилизации. Причем каждая не только заставляла людей отказываться от убеждений, но заново переписывала историю, да по нескольку раз. И в своей пьесе «Снимается кино» я написал монолог историка:– Я начинал историком в 20‑х годах. Моя первая работа была о Шамиле. Шамиль как вождь национально‑освободительного движения на Кавказе. Но уже в 30‑х годах взгляды переменились, и он стал считаться «агентом империализма». И я признал свою ошибку. Но во время Отечественной войны он снова стал считаться «освободительным движением», и я признал ошибкой, что я признал свою ошибку. Однако в 49‑м году, когда началась борьба с национализмом, он снова стал «агентом империализма», и я признал ошибкой, что я признал свою ошибку, в том, что я признал ошибкой свою ошибку…Я мог бы продолжить рассказ о бесконечных превращениях бедного Шамиля и в нынешние годы.

Эта анекдотическая история была закономерной. Михаил Покровский, вождь большевистской исторической науки, очень точно сказал о роли истории в России: «История – это политика, обращенная в прошлое». Еще раньше задачу наших историков раз и навсегда определил Александр Христофорович Бенкендорф. Отец Третьего отделения сказал: «Прошлое России удивительно, ее настоящее более чем великолепно; что же касается будущего, то оно выше всего, что только может нарисовать себе самое смелое воображение. Вот с какой точки зрения следует оценивать русскую историю».Эти знаменитые слова остались знаменем на столетия.Collapse )
1

Максимова Екатерина Сергеевна, балерина. Из книги Мадам Нет.ч2

...через год на той же дороге мы опять попали в аварию. Но на этот раз все закончилось гораздо хуже. Тогда мы с Володей вер­нулись с гастролей и на оставшиеся свободные три дня решили съез­дить к друзьям в Ленинград. И ночью врезались в огромного лося, который неожиданно выпрыгнул на дорогу. Спасло нас то, что мы на «ситроене» ехали.

...А дальше случилось просто чудо — на этой пустой ночной дороге появился автомобиль и остано­вился рядом с нами. Вышел священник и наклонился надо мной. Я eщe плохо соображала, помню только, как он меня спрашивает. «Шпрехен зи дойч? Парле ву франсе?» Он, глядя на «ситроен», решил, что мы иностранцы. А я смотрю на него и сказать ничего не могу, только думаю: «Какое там «шпрехен», я по-русски-то слова не выго­ворю!» Потом уже выяснилось, что это митрополит Новгородский и что у нас с ним даже общие знакомые есть. ... А шофер действи­тельно митрополита высадил, нас — в машину и в больницу. Как он нас вез — скорость сто двадцать, не меньше! Вспоминаю, что летим мы по какому-то городку, никаких правил не соблюдаем, а я как в ту­мане и только думаю: «Ну вот сейчас-то мы точно разобьемся. И те­перь уж совсем, окончательно!» Доставил нас в городок Чудово, в больницу. Он молодец — это же еще надо было знать, что здесь рядом город и там есть больница. Collapse )
1

Максимова Екатерина Сергеевна, балерина. Из книги Мадам Нет.ч 1

Объявили, что увольняют маму «как идеолога формализма» и вообще ненадежного человека. Дело в том, что издательство выпускало серию маленьких книжечек, брошюрочек (как библиотечка «Огонька»), посвященную лауреатам Сталинской премии — музыкантам. Среди других входили в нее и книжечки о Шостаковиче, Прокофьеве, Хачатуряне. Серию редактировала мама, и на всех книжках на обратной стороне указа­но — редактор Т. Г. Максимова. Теперь, когда начались гонения на этих выдающихся композиторов, маме предъявили претензии: «Как вы могли выпускать подобные книги?! И писать о том, что у Хачатуряна (или Шостаковича) — народная музыка?! Как вы могли это все про­пустить?!» Как будто именно мама присуждала им Сталинские пре­мии! Итак, ее поставили перед выбором: «Или мы увольняем вас по статье, или можем пойти вам навстречу — разрешить подать за­явление об уходе «по собственному желанию». Но в то время наше материальное положение оказалось просто катастрофическим: зар­плата мизерная, да еще я лежала в больнице со скарлатиной. Уходя «по собственному желанию», мама лишалась денег. Collapse )
1

Орлов Даль Константинович киновед, драматург, сценарист, критик и публицист ч1

Автор пьес, сценариев, статей и книг о кино и театре, вел популярную в свое время телепередачу "Кинопанорама". В спектакле по его пьесе "Ясная Поляна" впервые на русской сцене был выведен образ Льва Толстого. В 60-80е годы Даль Орлов заведовал отделом литературы и искусства в газете "Труд", был заместителем главного редактора журнала "Искусство кино", главным редактором Госкино СССР, главным редактором "Советского экрана" - в те времена самый массовый в мире журнал по искусству.

...Нынешние художественные фильмы о тех временах сплошь и рядом не передают истинного облика среды, что была нашим каждодневным бытом, в них как-то слишком все помыто и отглажено, даже и сквозь заявленную бедность упрямо выглядывает благодушная нынешняя удовлетворенность.

В Союзе писателей в те годы было примерно тысячи полторы членов. Прозаиков порядка 850, поэтов - 400-500. А вот драматургов - 162. Помню точно, поскольку избирался в бюро секции. Постепенно количество драматургов сокращалось, вымирали. Нас было мало на челне. Редкий жанр.Collapse )
1

Театральные байки Бориса Львовича

Борис Львович, «Актерская курилка»

Под старость лет мхатовские корифеи при старательном участии «власть предержащих» превратились в небожителей, почему и вытворяли, что хотели. Была у них очень популярна такая игра: если кто-то из участвующих говорит другому слово «гопкинс!», тот должен непременно подпрыгнуть, независимо от того, в какой ситуации находится. Не выполнивших постигал большой денежный штраф. Нечего и говорить, что чаще всего «гопкинсом» пользовались на спектаклях, в самых драматических местах...
Кончилось это тем, что министр культуры СССР Фурцева вызвала к себе великих «стариков». Потрясая пачкой писем от зрителей и молодой части труппы, она произнесла целую речь о заветах Станиславского и Немировича, о роли МХАТа в советском искусстве, об этике советского артиста. Обвешанные всеми мыслимыми званиями, премиями и орденами, стоя слушали ее Грибов и Массальский, Яншин и Белокуров... А потом Ливанов негромко сказал: «Гопкинс!» — и все подпрыгнули.

А то еще заседала Яблочкина в каком-то президиуме. Ну, подремывала по старости, а Михаил Иваныч Царев ее все под столом ногой толкал... А как объявили ее выступление, тут уже посильней толкнул, чтобы совсем разбудить. Яблочкина встала, глаза распахнула и произнесла: «Мы, актеры ордена Ленина Его Императорского Величества Малого театра Союза CCP!..»Collapse )
1

Александр ПАНИКИН. Записки русского фабриканта 2.

Первый бастион, который предстояло взять, — касса. Обросшую связями и приятельством с театральным бомондом главную кассиршу, холодную и мерклую, как мародерша, сдвинуть с пьедестала было непросто. Пpишлось доказывать делом ничтожность их умысла.
Распространение билетов начиналось в первый день каждой десятидневки с так называемой свободной продажи в кассе театра.

Здесь же в любых количествах приобретались билеты всеми сотрудниками, что и давало кассирше власть. Казалось бы, мелочь, но оказываемые ею любезности превращали пешку во всесильную гранд-даму, почти королеву, и низводили администратора до роли пажа. Как же обеспечить полную распродажу в первый день, оставив только бронь администратора? Кассирша ведь была заинтересована в обратном и чуть ли не отгоняла будущих зрителей. Удалось распознать — школы, ПТУ и техникумы имели пpаво оплачивать билеты по безналичному pасчету. Нагоняю волну, налегаю на профсоюзников, уговариваю на коллективные посещения.

Эффект ошеломляющий. В одиннадцать утра открывается касса, в очереди, как обычно, — несколько человек. Через час ими выкуплен весь наличный запас билетов. За контрамарками все в театре вынуждены обращаться ко мне. Все, включая главного режиссера и директора. Я сумел убедить их не делать никаких исключений и тем самым получил в руки ключ к власти.Collapse )
1

Александр ПАНИКИН. Записки русского фабриканта 1.

Отслужив в учебном авиационном полку, вернулся в Краснодар и устроился на завод слесарем. Тетя настаивала на получении высшего образования, но я не мог определиться с профессией, требующей вузовского диплома. Пока решал и решался, отработал слесарем два года. Желание уйти с завода припекало настолько, что вознамерился поступать на математический факультет Кубанского университета — только потому, что на эту специальность было проще попасть. Рабфак закончил в 1971 году и был зачислен студентом первого курса.

И все-таки что-то не складывалось: слишком однообразно и тоскливо тянулись будни. Скрашивала существование дружба с моим однокурсником Володей Заикой, блестящим математиком и гитаристом. В восемнадцать лет он играл сложнейшее для исполнения гитарное переложение «Чаконы» Баха, под его влиянием увлекся игрой на гитаре и я. Музыкальных данных не было, но желание играть было превыше благоразумия. Результатом стало естественное решение взять академический отпуск, а фактически бросить институт еще до начала первой сессии. Этот поступок перечеркивал несколько предшествующих лет, но обручиться с математикой было мне не по силам.Collapse )
1

Музы слышны. Отчет о гастролях "Порги и Бесс" в Ленинграде. 1955, Трумэн Капоте

Первая в истории поездка американской театральной труппы в Россию — венец мирового турне “Порги и Бесс” — явилась плодом долгих, запутанных и так до конца и не проясненных переговоров между СССР и компанией “Эвримен-опера”, в лице продюсеров Гершвиновой оперы Брина и Дэвиса.
Collapse )
1

письмо Высоцкого Демичеву, и вокруг.

Министерство связи СССР
Новокузнецк. Директору театра драмы БАРАЦ

- Не возражаю против выступления артиста Высоцкого в Новокузнецком театре драмы при условии
официального оформления и согласования вашего управления культуры с начальником главного
управления культуры Мосгорисполкома Б. В. Покаржевским -ДУПАК Collapse )