Category: it

Category was added automatically. Read all entries about "it".

1

Самуил Любицкий. Программисты-профессионалы и программирующие инженеры

...еще в 1965 году, в Киеве, замечательным дизайнером Соломоном Погребинским была создана «машина для инженерных расчетов» МИР-1 – одна из самых первых в этом классе. Машина без преувеличений удачнейшая. Я десять лет работал в проектных конторах и могу свидетельствовать: инженеры-расчетчики, которые ни до «миров», ни после них (вплоть до появления на «персоналках» расчетных систем вроде Matlab или Mathcad) не могли самостоятельно решать свои задачи на компьютере без помощи программистов, на «мирах» – решали. Неудивительно, что машину нежно любили в проектно-конструкторских институтах и бюро, впоследствии долгие годы ностальгически о ней вспоминали. Она стала легендой, а уже в новом веке у легенды явственно стал ощущаться конспирологический душок. Но об этом – в следующей главе.

Есть такой очевидный критерий «персональности» компьютера: если им можно оборудовать существующее рабочее место – поставить на стол экран и клавиатуру, разместить системный блок под столом или сбоку, принтер там куда-нибудь на тумбочку... если это удалось и теперь инженер (бухгалтер, банковский служащий, менеджер) может продолжить свою работу на своем же месте уже с помощью компьютера, то да, компьютер – персональный...Collapse )
1

Записки советского программиста. Самуил Любицкий. часть 4

Другая версия – еще (сюр)реалистичней: через знаменитый рыболовецкий колхоз, что на острове Сааремаа. Сведущие люди не удивятся и не спросят, а какое это отношение имели эстонские рыбаки к операционным системам и вообще – к компьютерам. Те же, кто не в курсе, могут погуглить "Datasaab affair" – это будет предыстория. Что до самой истории, то позднее мне довелось познакомиться с этими славными колхозниками, о чем расскажу в свое время. На прямой вопрос об их причастности к "Unix affair" я получил довольно уклончивый ответ. Что, как говориться, наводит на...

Ну ладно, так или иначе ленты в страну попали, а дальше... А дальше сработала та Unix-магия, которая очаровывала всякого, кто начинал знакомиться с системой. И которая за считанные годы принесла сугубо исследовательскому, любопытства ради затеянному, некоммерческому проекту феноменальную популярность по всему свету... Хм... тут, чувствую, необходимо сделать некое предуведомление. До сих пор я рассказывал о делах давно минувших, о компьютерах, сохранившихся разве что в музеях, о программах и языках, если и доживших до наших дней, то доживающих где-то в укромных уголках, вдали от столбовых дорог. Unix же сегодня – это даже не одна конкретная система, а целый континент, целая техническая цивилизация со своей сорокалетней историей, что и по меркам человеческой жизни много, а в масштабе спрессованного времени IT-мира соответствует столетиям, эпохам. Collapse )
1

Записки советского программиста. Самуил Любицкий. часть 3

Слава Богу, не на ноги, а с ужасным грохотом на пол (как я успел отпрыгнуть, ума не приложу). Козлы! Козлы (другого слова нет) что-то делали и отложили на завтра, суки, не удосужившись накинуть крепежные гайки. Трех минут не хватило – на автобус спешили... Так, остались без принтера. Ну что ж, выводим на магнитную ленту – завтра перед сдачей попросим где-нибудь печатануть на бумагу. Работаем... По-прежнему льет, опорожняем тазы, тряпки выкручиваем. Во как, попутно в уборщицы записались... Тут накопившая на фальш-потолке вода вдруг низвергается водопадом прямо на системную консоль – в ней что-то шипит, искрит, она дергается в агонии и замирает. Это уже почти кранты: если машина сбойнет, перезапустить без консоли не сможем.

Мало того, мы лишились последнего, пусть медленного, печатающего устройства и средства ввода – с клавиатуры консоли можно было править и запускать программы, не заморачиваясь с перфокартами. Теперь на них последняя надежда. Перфоратора нет (ну еще чего захотели!), однако ввод и бармалей рабочие. И началось: в четыре руки не фиксаем – режем карты целиком, вводим, типа как «печатаем» на бармалее, читаем эти карты, режем новые... Египетский труд! И все время молим машинку: «ну давай, милая, держись... не сдавайся... ну, еще полчасика» И она держится. Как умирающее животное – уже не видит, не слышит, только, что реагирует на прикосновения. Она от этих тварей, от персонала этого козлиного, ни заботы, ни ласки не видала – довели до руины... Однако, выдержала. Все сделали, закончили, обесточили страдалицу и... стали ждать рассвета, попеременно присаживаясь на единственный стул...Collapse )
1

Записки советского программиста. Самуил Любицкий. часть 2

А с другой стороны... А с другой стороны, чего уж так убиваться? Ну, не выполнили программу ЕС, а программу КПСС выполнили? Как там насчет построения коммунизма к московской Олимпиаде?.. Если забыть об амбиционных программах, не тужиться «догнать и перегнать» Америку, то все выглядит совсем неплохо. На рубеже 70-х слово «программист» звучало... ну не как «космонавт», конечно, но на девушек производило впечатление. Особенно, когда я – юный программист – что-то записывал-зарисовывал на фальцованной АЦПУшной бумаге «с дырочками», небрежно так эту драгоценность отрывая и комкая, «мол, у нас добра такого завались», а потом невзначай, вроде как перепаковывая сумку, вываливал на стол пару магнитных лент и колоду перфокарт в «щечках»...

Вспомните «программистскую сагу» – замечательную книгу Стругацких «Понедельник начинается в субботу». Такой вот романтический флер окутывает занятия редкие – геолог, программист, астрофизик... Если б спустя десять лет решил бы сдуру очаровывать юных дурочек и произнес «я – программист», то... с тем же успехом мог сказать «я – механик». Хотя нет, что я такое говорю, механик на станции техобслуживания «жигулей» – это была очень, очень романтическая фигура, куда там программисту. В общем, за десять лет профессия стала обыденной, ЭВМы жужжали в каждой мало-мальской проектной конторе, НИИ, заводе. В бумагу «с дырочками» отлично заворачивались бутерброды, летом на грядках весело поблескивала магнитная лента (не забыть об этом рассказать), на перфокартах очень удобно было делать записи. Десятки если не сотни тысяч людей по всей стране зарабатывали свой хлеб около компьютеров и как показали дальнейшие события, сумели стать отменными профессионалами, востребованными на Западе. А кое-кто, не забывший свой ЕСовский опыт, вдруг обнаружил себя обладателем ценной и весьма оплачиваемой специализации и по сей день трудится на мэйнфреймах IBM…

Так что, moralité простое. Не стоит щеки надувать, лопаясь от гордости неизвестно за что, но и волосы драть на голове (у кого остались) тоже нет резону: была вот такая эпоха, не особо великая, но и не шибко плохая, кусок нашей жизни, в которой всякого понамешано – хорошего и дурного – и которую вспоминаем... с улыбкой.Collapse )